Евразийская Ассоциация Полиграфологов
Общественное объединение
"Евразийская ассоциация полиграфологов"
Адрес: 050062, Республика Казахстан, г. Алматы, микрорайон № 1, д. 73-б, оф. 44 (уг. ул. Саина-Жубанова, бизнес-центр "Стандарт"). Показать на карте
Телефоны: +7 777 280 75 01, +7 727 327 50 45
E-mail: poligraf-kz@mail.ru
  • Евразийская ассоциация полиграфологов оказывает следующие услуги: - проведение обучающих семинаров по прикладной психофизиологии (инструментальной детекции лжи), профайлингу, графологии и др.; - помощь и консультации по приобретению и использованию полиграфов и другого психофизиологи-ческого оборудования; - проведение психофизиологического обследования с применением полиграфа («детектора лжи») в целях оценки достоверности информации, сообщаемой человеком; - профессиональную защиту от неправомерного и неквалифицированного применения полиграфа.
  • Положительными факторами и преимуществами обучения в Учебном центре Евразийской Ассоциации полиграфологов и НИИ полиграфологии являются следующие: 1. Обучение проводится опытными казахстанскими преподавателями под руководством Президента ОО «Евразийская ассоциация полиграфологов», члена Президиума Объединения ассоциаций профессиональных полиграфологов стран СНГ, первого сертифицированного в Казахстане полиграфолога профессора Алесковского С.Ю. (Сертификат № РОСС RU. D.VIII. 0024), кавалера орденов «Казақстан Данқы» и «Экономика Мақтанышы». Наши преподаватели имеют стаж педагогической деятельности свыше 25 лет, учёные степени кандидатов юридических наук (Алесковский С.Ю. и Коваленко С.Б.) и многолетний опыт оперативной и следственной работы в правоохранительных органах Республики (Гайдамашев А.В., Байсахалов Б.М. и др.). Преподавательским коллективом подготовлено около 400 специалистов-полиграфологов для государственных органов, правоохранительных систем и частного бизнеса Казахстана, России, Монголии, Кыргызстана и Узбекистана; опубликовано более 50 научных работ по проблемам применения полиграфа. Наши преподаватели регулярно проходят подготовку и переподготовку в учебных центрах ФСБ и МВД России, Американской и Европейской ассоциаций полиграфологов, имеют соответствующие сертификаты и владеют методикой обучения различных категорий сотрудников. Только в 2014-2016 гг. наши преподаватели повышали свою квалификацию: а) на курсах - «Polygraph methods and techniques» в ISOPE (Болгария); б) на курсах CERPAC - «Analysis of criminal Behavior and Work with the Polygraph»; в) на курсах - «Screening polygraph techniques. Countermeasures» Чака Слапски (США); г) на семинаре - «Новейшие технологии тестирования с применением полиграфа» Президента Американской ассоциации полиграфологов Рея Нельсона (США); д) на ежегодных семинарах полиграфологов «Уральского бюро полиграфа» - «Реальная практика полиграфолога»; е) на ежегодных январских семинарах НДШЛ в г. Москве; ж) на ежегодных международных конференциях МВД РФ в г. Сочи; з) на юбилейном 50-м ежегодном семинаре «Polygraph in the 21st century» (Chicago, USA); и) на III международной конференции Коллегии полиграфологов Украины (Киев, Украина); к) на Международной научной конференции Софийского университета им. Св. Климента Охридского «Лидерство и организационное развитие» в Китене; л) на Международной научно-практической конференции «Современные практика и тенденции применения полиграфа (борьба с терроризмом, коррупцией, национальной и международной преступностью)» в Слынчев Бряге и т.д. 2. Наши преподаватели более 20 лет отдали оперативно-розыскной деятельности в органах национальной безопасности и органах внутренних дел, имеют воинские звания от майора до полковника запаса, хорошо представляют запросы служб безопасности и кадровых подразделений и могут в правильном ключе построить занятия со слушателями любых категорий. Только нашими преподавателями на территории Казахстана проведено более десяти тысяч полиграфных проверок по расследованию происшествий и кадровому подбору. В результате проведенных ими обследований получены неопровержимые данные о преступной деятельности ряда лиц, раскрыто большое число преступлений, возвращены похищенные значительные материальные и денежные ценности. 3. Процесс обучения опирается на отечественный фактологический материал, при этом используются примеры из казахстанской практики. Слушатели обеспечиваются полным комплектом учебных и методических материалов на электронных и бумажных носителях. По окончанию обучения слушатели сдают квалификационные экзамены и получают Свидетельства Учебного центра Евразийской ассоциации полиграфологов. 4. В дальнейшем начинающим полиграфологам оказывается методическая помощь и поддержка, преподаватели консультируют их в наиболее сложных случаях практической деятельности. Евразийская ассоциация полиграфологов может предоставлять услуги по временному наставничеству над начинающими специалистами-полиграфологами: разрешение любых спорных вопросов, связанных с проведением тестирования, анализом сложных полиграмм и формулированием выводов; ознакомление с новыми учебными, методическими и научными материалами, посвященными полиграфным исследованиям, проведение семинаров по освоению новых методов работы и т.д. Для членов Евразийской ассоциации полиграфологов предусмотрены скидки на данные услуги. 5. Занятия на казахском языке проводит опытный и квалифицированный преподаватель, в совершенстве владеющий методикой преподавания на государственном языке, виртуозно знающий оборудование, используемое при полиграфных проверках – полиграфолог Байсахалов Б.М. 6. Курсы первоначальной подготовки и переподготовки специалистов-полиграфологов проводятся в специализированной аудитории и кабинетах для полиграфных проверок Учебного центра Евразийской ассоциации полиграфологов. При этом используется самые современные технические средства интерактивного обучения и углубленные методические приёмы, позволяющие слушателям успешно и в кратчайшие сроки освоить изучаемый материал и научиться применять полученные знания в ходе практических занятий и учебных тестирований на полиграфе. Слушатели получают возможность пользоваться литературой по прикладной психофизиологии, криминалистике и оперативно-розыскной деятельности в научной и учебной библиотеках Евразийской юридической Академии им. Д.А. Кунаева. 7. Учебные программы Учебного центра были тщательно изучены, рассмотрены и утверждены к применению Учёным советом Евразийской юридической Академии им. Д.А. Кунаева (Протокол № 5 от 30.12.2015 года). 8. Наши успехи и достижения в подготовке специалистов-полиграфологов оценены в Казахстане. ТОО «Технологии информационной безопасности», являющееся партнёром нашего Учебного центра, по результатам Международного рейтингового агентства Таможенного Союза дважды было удостоено почётных званий «Лидер отрасли - 2013» и «Лидер отрасли-2015». 9. Наши преподаватели Алесковский С.Ю., Гайдамашев А.В. и Мильштейн М.М. являются членами: а) ISOPE («International Society of Polygraph Examiners») – Международного сообщества профессиональных полиграфологов со штаб-квартирой в г. Филадельфия (США), которая является ведущим международным профессиональным сообществом полиграфологов; б) Международной ассоциации полиграфологов (Москва); в) Общественного объединения «Полиграфолог» (Беларусь). 10. Международное сообществе профессиональных полиграфологов ISOPE («International Society of Polygraph Examiners») в лице Координатора по Восточной Европе и Центральной Азии PhD Светослава Занева и профессора PhD Бойко Ганчевского рекомендует Учебный центр Евразийской ассоциации полиграфологов для проведения подготовки специалистов-полиграфологов в Республике Казахстан и других странах СНГ. ISOPE отмечает высокую квалификацию и опыт профессиональной деятельности преподавателей нашего Учебного центра. 11. Практические занятия со слушателями проводятся с использованием новейших профессиональных компьютерных полиграфов «Диана-07» и «Axciton».
» Применение полиграфа – этический аспект/Журнал "Мир закона", № 9 (51), Алматы, 2003. С. 18-23

Применение полиграфа – этический аспект/Журнал "Мир закона", № 9 (51), Алматы, 2003. С. 18-23

Алесковский С.Ю., доцент АЮ – ВШП  «Адилет»,

кандидат юридических наук, полковник запаса


Один из нетрадиционных криминалистических методов – применение полиграфа (Полиграфом называется многоцелевой прибор, предназначенный для одновременной регистрации с помощью датчиков нескольких физиологических процессов живого организма, связанных с возникновением эмоций, дыхания, кровяного давления, биотоков мозга, сердца, кожи, скелетной и гладкой мускулатуры и т.д. С технической точки зрения полиграф представляет собой многоканальный осциллограф. Внимание! Определение 2003 года!) для выявления содержащейся в памяти человека информации о  произошедшем в прошлом событии, после долгих десятилетий запретов и забвений возвращается в Казахстан. В алматинском Экспертно-оценочном центре проводятся полиграфологические исследования по следующим направлениям: проверка сообщенной и выявление скрываемой информации при кадровых проверках, проведение служебных расследований, составление психологического портрета опрашиваемого и т.д.

Рассматривая вопрос о внедрении в криминалистическую практику опросов с использованием полиграфа, ряд видных юристов, в том числе Р.С.Белкин (Белкин Р.С. Курс криминалистики. Т. III. - М., 1997) отмечали, что для этого необходимо решить вопрос о нравственной допустимости полиграфного метода. Данная проблема до сих пор практически не рассматривалась в казахстанской криминалистике, и во многом от ее решения зависит будущее психофизиологических обследований на полиграфе.

На протяжении многих десятилетий вопрос о возможности использования опроса с использованием полиграфа для получения криминалистически значимой информации, является предметом рассмотрения криминалистов. Еще не выцвели страницы учебников по криминалистике, в которых полиграф всерьез  объявлялся орудием пыток, причиняющим испытуемому неимоверные физические страдания.  Особенно клеймилась возможность применения полиграфа при допросе. Использование полиграфа называлось не иначе, как псевдонаучный и реакционный способ установления истины с помощью прибора, якобы,  основанного на абсолютно ненаучной и противоречащей элементарным положениям психологии и физиологии варварской идее связи показаний с психической и физической реакцией и т.п. Отдельные ревнители «чистоты криминалистики» проводили даже прямые параллели между инквизиционным процессом и полиграфом (Ларин А.М. Криминалистика и паракриминалистика. – М.: БЕК, 1996).

В научных работах по криминалистике и средствах массовой информации осуждалось применение полиграфа в судебно-следственной практике буржуазных стран как ненаучного и унижающего достоинство человека метода. Так, например, в вузовском учебнике по криминалистике писалось, что: «…для фальсификации доказательств используют различную аппаратуру, «лайдетектор» и другие» (Криминалистика: Учебник для вузов. – М.: Юридическая литература, 1963). В другом таком же учебнике издания Московского университета говорилось: «В США широко применяют «лайдетектор», прибор,  предназначенный для проверки правдивости показаний на основе фиксации реагирования человеческого организма на процесс допроса… И хотя сама по себе фиксация происходит на научной основе, но ее истолкование в смысле установления правдивости или лживости показаний открывает простор полицейскому произволу».

Рассматривая  вопрос о том, нравственно ли применение полиграфа в целях борьбы с преступностью, М. С. Строгович писал: «Мы отвергаем подобные способы как потому, что они, облекаясь в наукообразные формы, по существу не имеют ничего общего с подлинной наукой и могут плодить лишь ошибки, извращая действительность, так и потому, что такие приемы в судопроизводстве решительно противоречат элементарным нравственным нормам и унижают человеческое достоинство тех, кто подвергается подобным испытаниям». Столь же категоричны были И. Ф. Пантелеев, А. М. Ларин, и некоторые другие авторы.

Рассмотрение именно морально-этических вопросов применения полиграфа важно и по той причине, что основной упор в критике противников данного метода приходился и приходится на нравственную сторону проблемы. Никогда не имея твердых «железобетонных» доводов о ненаучности метода с технической и естественнонаучной сторон, критики полиграфа усердствовали в области «тонкой материи». Так, бывший начальник ВНИИ МВД СССР профессор Карпец И.И. в  статье «Эмоции и закон» гневно осуждал практику применения полиграфа. Отвечая на вопрос о возможности практического использования «детекторов лжи» советскими органами правопорядка и юстиции, Карпец И.И. ответил: «Нет. Прежде всего, этому препятствовали бы соображения нравственного и этического характера. Кроме того, это невозможно и потому, что закон в нашей стране строго стоит на охране прав личности… Это не просто безнравственно, это бесчеловечно!.. В социалистическом обществе электронный и любой другой вид произвола недопустим» (Литературная газета. 26 марта 1980 г.). При этом Карпец И.И. оправдывал систему наружного наблюдения за людьми, забыв о нравственной стороне ее: «Да, за людьми, подозреваемыми в совершении преступления, действительно приходится наблюдать. Это необходимо для того, чтобы выявить их связи, собрать доказательства их причастности к преступлению либо убедиться в их невиновности». Налицо двойная мораль, ведь те же цели стоят и перед полиграфологическими исследованиями!

Совершенно справедливо  отмечал П. Прукс, что «…научная дискуссия вокруг полиграфа заменялась политической. Вместо того чтобы научной аргументацией опровергнуть использование приборных методик в расследовании преступлений, акцент ставился на доказывании реакционности полиграфа» (Прукс П. Уголовный процесс Научная "детекция лжи": Инструментальная диагностика эмоциональной напряженности и возможности ее применения в уголовном процессе. – Тарту, 1992).

Дискуссия о надежности и правомерности применения полиграфа имела место в семидесятых - восьмидесятых годах прошлого века и окончилась окончательной победой сторонников данного криминалистического метода. Сегодня и в Казахстане можно открыто и широко говорить о полиграфе, но пока больше о его возможностях, чем о практике применения этого необычного средства в борьбе с преступностью. Необходимо отметить, что полиграф давно стал обязательным атрибутом деятельности правоохранительных органов многих стран мира. По заданиям криминальной полиции в США в год проводится более 30 тысяч полиграфологических опросов. В 1998 году в Американскую ассоциацию полиграфа входило 1800 полиграфологов, работающих в правоохранительных органах, федеральных ведомствах и частном секторе. В целом же, в США насчитывается около 5000 специалистов-полиграфологов (Холодный Ю.И. Применение полиграфа при профилактике, раскрытии и расследовании преступлений. М.: Мир безопасности, 2000. С. 28). В Российской Федерации только в Краснодарском крае по заданиям правоохранительных органов в год проводится до 3000 полиграфных проверок (Варламов В. А. Детектор лжи. – Краснодар, 1998).

Очень точно о перспективах полиграфологических исследований высказался академик П.В.Симонов: «В недалеком будущем следствие, категорически отказавшееся от применения полиграфии в какой бы то ни было форме, будет производить примерно такое впечатление, какое сегодня произвел бы врач-кардиолог, который при необходимости диагностировать инфаркт миокарда отказался бы записать электрокардиограмму  и основывался бы только на своем  собственном стетоскопе» (Скоромников К.С. Трудный путь к признанию полиграфа / Опыт использования полиграфа в профилактике и раскрытии преступлений. – Новороссийск, 1998. - С.147).

Справедливости ради, нельзя не отметить, что в практике органов расследования зарубежных стран встречались ошибки и нарушения закона  при применении полиграфа (В частности, в США хорошо известен так называемый «Случай Рейли»: П.Рейли, находившийся на военных сборах, вернувшись домой, обнаружил убитую мать со следами насилия. Прибывшие полицейские тут же усадили за полиграф находящегося в стрессовом состоянии юношу, который на некорректно поставленный вопрос: «Не ты ли пристукнул свою мать?» дал повышенную физиологическую реакцию. На Рейли было оказано психологическое давление, в результате чего он оговорил себя, больше доверившись графикам полиграммы, чем собственной памяти.  Лишь через два года после осуждения П.Рейли был найден настоящий убийца его матери). Поэтому, важнейшей задачей законодателей является такое нор­мативное регулирование применения полиграфа, которое должно позволить минимизировать ошибки и нарушения, теоретически неизбежные при использовании любого технического средства.

Безусловно, сегодня рассуждения о безнравственности применения полиграфа являются совершенно абсурдными и неубедительными. Вряд ли противникам полиграфа удастся показать, чем именно полиграф человеческое достоинство и, в более широком смысле, каким нравственным нормам противоречит его применение. На заявления последних, что применение полиграфа безнравственно по причине того, что человек становится при этом объектом исследования и этим унижается его человеческое достоинство, П. И. Гуляев и И.Е.Быховский (Гуляев П.И., Быховский И.Е. Исследование эмоционального состояния человека в процессе производства следственного действия // Криминалистика и судебная экспертиза. Вып. 9. 1972) отвечают, что уголовный процесс в некоторых случаях допускает такое положение. Например, обвиняемый становится объектом исследования при проведении судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы, изъятии образцов крови или других выделений человеческого организма, при освидетельствовании и т. д. Безнравственным же является оказание психического или физического насилия во время проведения такого исследования со стороны проводящего лица.

При этом обязательно необходимо учитывать обоснованное предупреждение Г. А. Злобина и С. Л. Яни, что при применении полиграфа  есть: «…более глубокая проблема, касающаяся принципиальной правомерности и пределов допустимости инструментального проникновения (даже не столь уж глубокого) во внутренний мир личности. Не секрет, что при помощи полиграфа недобросовестным оператором может быть добыта информация, выходящая за пределы официально расследуемого события и связанная с той областью личного, принудительное или тайное проникновение в которую противоречит гарантированным Конституцией правам и свободам гражданина» (Злобин Г.А., Яни С.А. Проблемы полиграфа // Проблемы совершенствования советского законодательства. – М., 1976. – Вып. 6. – С. 122-136).

Особенно актуально недопущение возможности подобных деформаций в сфере оперативно-розыскной деятельности. Поэтому рассмотрение морально-этической стороны применения полиграфных проверок является актуальной исследовательской задачей именно сегодня, в период всемерного роста интереса к полиграфу на всем постсоветском пространстве. Связана же она во многом с проблемой допустимости использования в практике борьбы с преступностью рекомендаций, устанавливаемых в результате проведения полиграфологического исследования, условий и форм их реализации.

Применение полиграфа, как и любого другого криминалистического средства и метода возможно лишь при наличии на то правовых оснований. Использование технических средств, приемов и методов может быть признано правомерным при удовлетворении хотя бы одного из основополагающих условий: прямо предусмотрены уголовно-процессуальным законом,  рекомендованы законом, либо не противоречат закону по своей сущности и целям использования. Следовательно, существуют пределы использования на первый взгляд, безграничного числа современных научно-технических средств и методов для решения задач криминалистики, то есть выявления, раскрытия, расследования и предотвращения преступлений. Ограничения связаны в основном с возможностями современной науки и техники, а также со специальными требованиями к подобным средствам и методам.

Уголовно-процессуальное законодательство предусматривает не только возможность, но и, во многих случаях, необходимость применения технических средств при собирании и фиксации доказательств, а также привлечение для этих целей специалистов различных областей знаний. При этом обязательно предусматриваются условия, при которых применение научно-технических средств будет считаться допустимым. Так, в статье 129 УПК РК  указано на то, что органы расследования вправе использовать научно-технические средства, привлекать для этого специалистов различных областей знаний. Однако, ни закон, ни подзаконные акты не могут дать исчерпывающего перечня тех технических средств и тактических приемов, которые используются или  могут быть применены с целью раскрытия и расследования преступлений (Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы, тенденции, перспективы. Общая и частные теории. - М., 1987. - С. 110). В криминалистике сформулированы общие принципы допустимости применения в ходе расследования преступлений технических средств, к которым относятся: законность, научная состоятельность, эффективность, безопасность и этичность.

Являясь важнейшим, критерий законности, на наш взгляд, не должен ни в коей мере превалировать над другими принципами допустимости, в частности, над этичностью. Но последний критерий принимается не всеми учеными и пока не входит в перечень, предусматривающий условия правомерности применения научно-технических средств, содержащийся в УПК РК. Все же, соблюдение норм нравственности является обязательным условием при использовании технических средств в ходе расследования и раскрытия преступлений.

Сущность нравственного аспекта при проведении полиграфологического исследования состоит в том, чтобы не допустить нарушения основных конституционных прав граждан, в частности, на неприкосновенность личности. Как известно, статьи 17 и 18 Конституции Республики Казахстан (Конституция Республики Казахстан. - Алматы: Казахстан, 1996) декларируют неприкосновенность достоинства человека и его частной жизни, а также личной и семейной тайны. Соответственно, без добровольного согласия ни одно лицо не может быть подвергнуто научным, медицинским или иным исследованиям. В рассматриваемом нами случае данное положение предусматривает получение письменного согласия на проведение полиграфологического испытания. Необходимо также учесть, что, независимо от результатов исследования, только обследуемое лицо должно давать согласие на разглашение результатов полиграфологической проверки.

Опрос с использованием полиграфа, как оперативно-розыскное мероприятие ставит проблему соотношения цели и средства. В общественном мнении не всегда положительно оцениваются используемые в его ходе средства, так и сами цели. Но и наличие благородной цели раскрытия и расследования преступления не ограждает средства и методы, используемые при полиграфном исследовании, от неоднозначной оценки со стороны общественной морали.

Как и для оперативных сотрудников других категорий, общегосударственная ценность задачи, которая возложена на специалистов, работающих на полиграфе, может порождать мнение,  что ради этой большой цели обосновано использование любых средств, которые только имеются в наличии. Известные тезисы, в значительной мере привлекательные в среде сотрудников правоохранительных органов, такие как «цель оправдывает средства» и «в разведке нет правил» декларируют отсутствие каких-либо ограничений – правовых или нравственных, что нельзя признать допустимым. Политические или профессиональные интересы не должны превалировать над нравственными принципами, которыми следует руководствоваться в своей работе специалистам  в области полиграфных опросов. В противном случае мнимая сиюминутная выгода обернется в результате ущербом для интересов государства, в том числе посредством серьезных нарушений ценностей человеческого существования. Как подчеркивает известный казахстанский философ, генерал-майор Нурахметов Т.Н., в основу решения вопроса о соотношении цели и средства следует положить принцип, согласно которому средства должны соответствовать поставленной цели с позиции диалектического  единства нравственности и эффективности (Нурахметов Т.Н. Нравственная допустимость применения специальных средств в деятельности органов национальной безопасности, Сборник Института КНБ РК, № 13, 1996).

Конечно, в деятельности сотрудников, осуществляющих полиграфные проверки, решение вопроса об определении нравственной допустимости тех или иных действий и применяемых методов, может приобретать некоторую специфику, обусловленную целями, содержанием и формой этой работы. Нередко провести соответствие между профессиональными и общими моральными нормами является достаточно сложно. Однако это не означает, что благородство цели автоматически придает средствам ее достижения нравственно-положительное содержание, в противном случае получается, что достаточно иметь благородную цель, чтобы оправдать применение любых средств.

Существует, однако, и теория соответствия средства, используемого для достижения определенной цели, более высокой и высшей цели.  В.И.Бакштановский (Бакштановский В.И. Принципы морального выбора. - М., 1974. - С. 49) считает нравственным и целесообразным то средство, которое необходимо и достаточно для достижения положительно-нравственной цели и не противоречит более высокой и высшей цели, не изменяет их благородного характера. В таком случае оправдывается допустимость использования такого средства, которое может изменить моральный характер достигаемой цели, при условии, что не изменяется характер более высокой и высшей цели. Но тогда средство оказывает на цель такое негативное влияние, что явление в целом становится нравственно отрицательным и необходимо отказаться от данного средства, либо, если нет других эффективных средств, - от достижения цели.

Не вызывает никакого сомнения, что любая форма обмана при применении технических средств в юриспруденции, какими бы благородными целями он ни оправдывался, безнравственна и противоречит этическим принципам установ­ления истины. В рассматриваемом случае как обман можно было бы квалифицировать попытку выдать за научно обосно­ванные результаты применение средств и методов, ничего об­щего с наукой не имеющих, а лишь облеченных «в наукообраз­ные формы». Однако анализ технического аспекта рассматри­ваемой проблемы убедительно свидетельствует, что такие оцен­ки, как «ненаучность» или «наукообразность» по отношению к полиграфу неправомерны.

Давайте рассуждать прямо: может ли быть частичный обман со стороны специалиста, проводящего полиграфную проверку, нравственным? При абстрактном понимании общечеловеческих моральных ценностей следует однозначный отрицательный ответ. Но императивный характер данного ответа сразу теряется, когда эта абстракция накладывается на нечто конкретное. Контролировать чужую переписку или телефонные переговоры аморально, однако оперативно-розыскное законодательство и даже УПК, при определенных условиях, позволяют уполномоченному лицу делать это. Действия оперативного работника и следователя при этом законны, но не являются нравственными с точки зрения абстрактных норм морали. И если цели таких действий нравственны и на шкале ценностей они выступают как «меньшее зло», даже отрицательная моральная оценка не препятствует их совершению.

Как справедливо указывал Р.С.Белкин (Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы сегодняшнего дня. Злободневные вопросы российской криминалистики. - М.:  НОРМА, 2001. - С. 112), средневековое иезуитское правило «цель оправдывает средства» в конкретном историческом контексте было действительно безнравственно, поскольку служило оправданием аморальных целей, но в аспекте решаемой проблемы может служить определенным ориентиром.

Если при выборе приемов и средств воздействия возникло противоречие между двумя отдельными ценностями и сохранить их обе при достижении процессуально и тактически значимой цели не представляется возможным, то целесообразным и морально оправданным будет нравственный компромисс, т.е. такое тактическое решение, которое направлено на сохранение наиболее значимой  в данной ситуации ценности, отмечает Н. П. Хайдуков (Хайдуков Н.П. Тактико-психологические основы воздействия следователя на участвующих в деле лиц. - Саратов, 1984. - С. 72).

Определимся, в каких случаях при проведении полиграфной проверки можно прибегать к частичному обману обследуемого, а в каких случаях он совершенно недопустим. Представляется, что вслед за Р. С. Белкиным возможно сформулировать ситуации, при которых ничем не может быть оправдан обман, который основывается на:

правовой неосведомленности опрашиваемого лица, незнании им своих прав и ошибочных представлениях о правовых последствиях своих действий;

заведомо невыполнимых обещаниях этому лицу, в том числе и процессуального характера;

фальсифицированных доказательствах, специально изготовленных свидетельствах «признаний соучастников», фальсифицированных заключениях экспертов и т.п.;

различных болезненных состояниях опрашиваемого, в том числе и  психических отклонениях;

мистико-религиозных предрассудках опрашиваемого.

С учетом отмеченных выше ограничений частичный обман является одной из возможностей преодоления скрытого противодействия полиграфологическому обследованию, которые принимают все более изощренные способы. Однако даже когда частичный обман является единственно возможным тактическим средством преодоления скрытого противодействия, необходима избирательность и недопустимость следующих опасных последствий, к которым он может привести: унижение чести и достоинства личности; признание несуществующей вины и самооговор; оговор невиновных или преувеличение вины других лиц; развитие у опрашиваемого низменных побуждений и чувств.

Таким образом, условия допустимости частичного обмана при проведении полиграфных проверок довольно узки и достаточно жестки, но принципиально его следует признать допустимым.

Признание специфичности некоторых моральных норм в сфере применения полиграфа еще не придает им общественного нравственно-положительного значения. Поведение, признаваемое нормой в среде профессионалов в области полиграфных проверок, может получить противоположную оценку в общественном мнении. С точки зрения общественных нравственных  устоев, не всякое поведение, оцениваемое группой как правильное и нормальное, является таковым. Следовательно, признание реальности существования профессиональных норм специалиста в области полиграфа, остро ставит вопрос о соответствии их требованиям общественной морали.

Рассматривая этическую допустимость применения полиграфа в оперативно-розыскной деятельности, следует обратиться и к зарубежному опыту, в первую очередь, к американскому. Как известно, законодательство США построено на гарантии  прав и свобод личности. Однако практика показывает, что американцы готовы отказаться от подобных гарантий, когда заходит речь о принятии всех возможных мер для обеспечения государственной безопасности и об этом показывают их действия после 11 сентября 2001 г.  Полезный эффект применения полиграфологических проверок привел к тому, что с 1999 г. Департамент энергетики США присоединился к числу государственных структур (ФБР, ЦРУ, АНБ и других), в которых использование полиграфа давно считается обязательным элементом любого назначения и проверки лояльности федеральных служащих.

Значительный рост применения «детектора лжи» в службах по предупреждению коррупции, по ограничению проникновения террористических элементов и лиц, связанных с наркокартелями или религиозным фундаментализмом наблюдается, начиная с девяностых годов в Мексике, Малайзии, Турции и других странах. Использование полиграфа является массовым и безусловным в Израиле. Данный список можно продолжать и далее.

Этические проблемы возникают в основном при применении полиграфа в сфере частного бизнеса. Так, в 80-е годы в ряде штатов США не существовало никаких законов, регламентирующих применение полиграфа. В результате некоторые «специалисты» проводили до несколько десятков 10-15 минутных сеансов ежедневно, полностью профанируя процедуру проверки. Такие скоропалительные «исследования» с одной стороны, и желание предпринимателей сэкономить деньги на всесторонней кадровой работе, подменив ее проверками на полиграфе, с другой, вели к тому, что большое число людей, прошедших через полиграф, получило необоснованный отказ в работе и жаловалось в суды на работодателей.

Американская ассоциация операторов полиграфа была озабочена тем, что некоторые операторы, равно как и работодатели, подрывают репутацию метода и злоупотребляют испытаниями на полиграфе, задавая вопросы, не связанные с сутью проверки, что справедливо расценивается как вмешательство в частную жизнь. Единственным выходом из создавшегося положения было принятие «Закона о защите служащих от полиграфа». Поэтому, с 1988 года регулирование использования полиграфа опирается на закон о защите принятых на работу лиц от исследования полиграфом (Закон EPPA – Employment Polygraph Protection Act). В соответствии с данным законом, в негосударственной сфере полиграф можно применять только в случаях расследования и то при наличии достаточных оснований для непосредственных подозрений.

В странах, где тестирование на полиграфе имеет давние исторические корни, к оператору полиграфа предъявляются очень высокие требования. Так, в Соединенных Штатах оператор обязательно должен быть гражданином США в возрасте свыше 25 лет,  иметь специальное образование и пройти тщательную полиграфологическую проверку. Кроме того, он должен иметь стаж работы в качестве следователя от 2 до 5 лет, уметь при этом правильно держать себя с подчиненными, вышестоящими сотрудниками, а также проверяемыми и т.п.

Изложенное выше показывает сложность проведения соответствия между профессиональными и общими моральными нормами, для чего требуется их глубокий анализ, определение ценностного содержания и общественной значимости социальных последствий их действий.

Придание деятельности специалиста по полиграфным проверкам высокой политической и  нравственной ценности, наполнение ее гуманистическим содержанием ориентирует их высшие нравственные идеалы, требования долга, что, в свою очередь, существенно для оценки ими как своей деятельности, применяемых ими средств и методов, так и деятельности правоохранительных органов в целом.

Как и в других видах оперативно-розыскной деятельности, преувеличение значения применения полиграфа может привести к переоценке профессиональных интересов по отношению к интересам общества, других групп или отдельных личностей, для блага которых, собственно, и осуществляется данная профессиональная деятельность. Поэтому необходимо правильное соотнесение между собой данных интересов, в том числе, в сфере морально-этической допустимости проведения полиграфологических исследований.

Морально-психологические качества личности полиграфолога обязательно должны стоять вровень с его профессиональными знаниями и умениями. Данный подход определяется ключевой ролью полиграфолога при проведении отдельных расследований. Нередко от его честности, принципиальности, настойчивости и изобретательности во многом зависит раскрытие преступления, обнаружение преступника или, наоборот, спасение невиновного. Поэтому основные принципы и нормы профессиональной деятельности полиграфологов должны не противоречить, а находиться в органическом единстве с «Этическим кодексом психолога», утвержденным  Ассоциацией психологов Республики Казахстан (Общим Собранием членов ОО «Евразийская ассоциация полиграфологов»  27 мая 2013 года единогласно был утверждён «Кодекс профессиональной чести специалиста-полиграфолога»).

В частности, первая из, если так можно выразиться, «семи заповедей полиграфолога», звучит следующим образом: «Полиграфолог ясно осознает свою ответственность перед человеком, давшим добровольное согласие на проведение исследования  с применением полиграфа и принимает на себя обязательства быть честным и объективным в отношении опрашиваемого лица, вне зависимости от его социального статуса, политических и религиозным взглядов и убеждений, расовой или этнической принадлежности, физических данных».

Кроме того, «полиграфолог признает невозможность проведения исследования с применением полиграфа против желания человека. Он не приступит к проведению опроса, не убедившись в том, что опрашиваемое лицо дало добровольное письменное согласие на полиграфологическое исследование без принуждения со стороны заинтересованных лиц. Полиграфолог не должен проводить опрос лица, которое, по его мнению, не подлежит исследованию с применением полиграфа из-за неудовлетворительного психического или физического состояния».

В связи с началом массового применения полиграфологического тестирования в Казахстане необходимо отрегулировать вопросы контроля за распространением методов психофизиологической детекции лжи. Знания о полиграфе должны попасть только в «чистые» руки. Необходимо создание механизма, который бы исключал возможность злоупотреблений в применении полиграфа. Контроль над распространением и развитием методик психофизиологической детекции лжи должен находиться в руках профессионалов, которым по примеру их американских и российских коллег следует объединиться в общество или союз полиграфологов (1 июля 2008 года Министерством юстиции Республики Казахстан была зарегистрировано Общественное объединение «Алматинская ассоциация полиграфологов»). При этом необходим категорический запрет на публичное распространение знаний о конкретных методах использования полиграфа и возможностях «обмануть» прибор в ходе обследования.

Таким образом, нравственная безупречность полиграфологического метода вытекает из основополагающих критериев полиграфной проверки, предусматривающих безусловную добровольную основу применения полиграфа, исключительную безопасность датчиков и существование большого количества ограничений, когда тестирование на полиграфе невозможно или нежелательно. О последнем, видимо, следует поговорить отдельно.

© 2017, Общественное объединение "Евразийская ассоциация полиграфологов". Все права защищены.
Полное или частичное копирование материалов запрещено.
При согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на ресурс.